"ПРАВОСЛАВНЫЙ ВЕСТНИК"№10 (71) октябрь 2011

Статьи:

Покров Пресвятой Богородицы

Пречистая Матерь, спасенья стезями
Направи мой ум средь путей суеты!...
Постыдными душу сквернил я грехами:
Но Ты – пресвятыми Своими мольбами
От всякой избави меня нечистоты!
М.Ю.Лермонтов

Вспоминая удивительные события тысячелетней давности, связанные с сегодняшним праздником Покрова Пресвятой Богородицы, вспоминая потрясающее воображение чудо явления Божией Матери во Влахернском храме, постоянно ловишь себя на мысли, что если бы сейчас нам, грешным, было дано узреть то, что увидели блаженный Андрей и ученик его Епифаний, как бы сразу, мгновенно, переменилась наша жизнь, как бы окрепла и умножилась вера наша, как бы изменились наши отношения друг с другом, сколько бы разом обнаружилось в нас любви, милосердия, сострадания. О, если бы только чудо, если бы только хоть маленький знак того, что Бог с нами и среди нас!

Так мы ждем явных свидетельств Божьего присутствия в мире сем прелюбодейном и грешном, что готовы не один десяток километров проехать или даже пройти пешком, чтобы только прикоснуться к чуду, чтобы только посмотреть на мироточащую икону, чтобы хоть слегка, хоть косвенно приобщиться к святыне, напитаться радостью богообщения. А жизнь, обыкновенная наша повседневная жизнь, наполненная суетой, соблазнами, слезами и смехом, унынием и тревогами, идет как бы сама по себе. И мы так привыкли к этой повседневной жизни, что уже и не замечаем ее стремительное течение, ее обманчивую длительность. И кажется нам, что чуда мы не достойны, что святость — не про нас, что Бог далеко. А между тем, как говорит апостол Павел: «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13, 8).

И Новый Иерусалим понятие не географическое, а духовное. Да и вообще, говоря серьезно, незачем далеко ехать, ни к чему углубляться во времена баснословные, чтобы пережить радость встречи с Богом.

Помню, как несколько лет назад, когда по милости Божией удалось мне в Святой земле, в храме Воскресения Господня в Иерусалиме совершить Божественную литургию на Гробе Господа нашего, после причащения Святых Тайн я сказал епископу Антонию, возглавлявшему наше служение: «Владыка, какое это чудо! Я, грешный, совершил Евхаристию на месте Воскресения нашего Спасителя! Это в голове не укладывается! Этого быть не может!» А умудренный старец глянул на меня пристально и в ответ спросил: «А разве дома, в своем храме ты служишь другую литургию? Разве там, у себя на родине ты сам, своими руками не совершаешь чудо преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Господа?»

И, правда! Это ведь здесь и сейчас произошло чудо. Самое потрясающее чудо на свете. Наш Бог соединился с нами, Огонь соединился с сухой травой и при этом не перестал быть Огнем, а тростник, былинка, лилия полевая, вспыхнув в этом нетварном Пламени, не сгорела, не исчезла. Человек не перестал быть человеком. И Бог остался Богом! Но вот среди длительности жизни, среди повседневной городской суеты и шума дня исчезло время, и восторжествовала Вечность. И если правда, что именно здесь и именно сейчас Господь посреди нас, тогда какого же еще чуда мы ищем? Неужели что бы то ни было можно поставить рядом с тем, по уже произошло, что на наших глазах происходит? Неужели исцеление недугов, истечение благоуханного мира, обновление икон, то есть все, что видят очи, что осязают пальцы, важнее этого ежедневного чуда богообщения на литургии?

То-то и беда, — скажете вы мне, — что глаза наши этого не видят, и пальцы наши этого не ощущают, и уши наши слышат не ангельское пение, но шум суетливого города за окнами храма.

Неправда! Если бы так было, если бы ничего не открывалось нашей душе в эти святые минуты, мы и дня не прожили бы в Церкви. Мы бы давным-давно променяли эти неосязаемые радости на вполне телесные, вполне плотские утехи мира сего. И если этого до сих пор с нами не произошло, значит, милость Божия, любовь Божия творит чудо прямо сейчас на наших глазах: плотский и ленивый человек медленно и мучительно преображается в ангела, подобно тому, как гусеница превращается в бабочку.

Это ведь только нашим телесным очам кажется, что над нами низкий потолок храма. На самом же деле вот уже тысячелетие Матерь Божия простирает над нашими головами, над нашей многогрешной многострадальной землей Свой блистательный покров, Свою защиту, Свою непреложную и непоколебимую любовь к нам, таким слабым, таким лукавым, таким грешным, таким незрячим. Аминь

протоиерей Сергий Ганьковский

Ты Покровом покрываеши
Русь мою многострадальную,
Русь мою многораспятую
О Владычице Державная,
Херувимов Пречестнейшая,
Мати Господа Всевышнего,
Погибающих Взыскание!

Умоли за землю Русскую
Сына Своего Сладчайшего,
Да воздаст Он нам по милости –
Не по нашему неверию.
Вижу – тучи собираются
Слышу – вороньё раскаркалось.
Только б Ты нас не оставила

В час великий испытания.
О Заступнице Усердная,
Даруй грешным покаяние,
Мне же, о Благословенная,
Даруй благо наивысшее:
Жить как Сын Твой заповедовал,
Боль людскую за свою считать.

иеромонах Роман

Житие святых апостолов. Святой апостол и Евангелист Иоанн Богослов

Был сыном Зеведея и Саломии – дочери святого Обручника Иосифа. Одновременно со своим старшим братом Иаковом он был призван Господом нашим Иисусом Христом в число Своих учеников на Генисаретском озере. Оставив отца своего Зеведея в лодке (Зеведей занимался рыболовством), оба брата последовали за Господом. Святой апостол и Евангелист Иоанн Богослов занимает особое место в ряду избранных учеников Христа Спасителя. Служение Любви – весь жизненный путь апостола Иоанна Богослова. Действительно, любовью пронизаны все его писания, основная мысль которых сводится к понятию, что Бог в Своем существе есть Любовь (1 Ин. 4, 8). В них он останавливается преимущественно на проявлениях неизреченной любви Бога к миру и человеку, на любви своего Божественного Учителя. Он постоянно увещевает учеников к взаимной любви.
Из кратких указаний Евангелистов видно, что он обладал в высшей степени пылкой натурой, сердечные порывы его иногда доходили до такой бурной ревности, что Иисус Христос вынужден был умерять их, как несогласные с духом нового учения (Мк. 9, 38 - 40; Лк. 9; 49 - 50: Лк. 9, 54 - 56) и назвал апостола Иоанна и его родного брата Иакова "сынами грома" (Воанергес). В то же время он обнаруживает редкую скромность и, несмотря на свое особенное положение среди апостолов как ученика, которого любил Иисус, он не выделялся из ряда других учеников Спасителя.

Апостол Иоанн с благоговейным трепетом внимал Богодухновенному учению своего Учителя, исполненному благодати и истины, в чистой и возвышенной любви созерцая Славу Сына Божия. Ни одна черта из земной жизни Христа Спасителя не ускользнула от проницательного взора апостола Иоанна, ни одно событие не прошло, не оставив глубокого следа в его памяти, поэтому в нем сосредоточились вся полнота и целостность человеческой личности. Такой же целостностью обладали и мысли апостола Иоанна Богослова. По его убеждению, где нет полной преданности, там нет ничего. Избрав путь служения Христу, он до конца жизни совершал его с полнотой и безраздельной последовательностью. Апостол Иоанн говорит о всецелой преданности Христу, о полноте жизни в Нем, поэтому и грех рассматривается им не как слабость и поврежденность человеческой природы, а как зло, как отрицательное начало, совершенно противоположное добру (Ин. 8, 34; 1 Ин. 3, 4; 1 Ин. 3, 8 - 9). По его воззрению, можно принадлежать или Христу или дьяволу, среднего, неопределенного состояния быть не может (1 Ин. 2, 22; 1 Ин. 14, 3). Поэтому он служил Господу с безраздельной любовью и самоотверженностью, отвергая все, что принадлежит исконному врагу человека, врагу истины и родоначальнику лжи (1 Ин. 2, 21 - 22). Чем сильнее он любит Христа, тем сильнее ненавидит антихриста; чем больше он любит истину, тем больше ненавидит ложь, - свет исключает тьму (Ин. 8, 12; Ин. 12, 35 - 36). Этим проявлением внутреннего огня любви он свидетельствовал с особой силой духа о Божестве Иисуса Христа (Ин. 1, 1 - 18; 1 Ин. 5, 1 - 12). Апостолу Иоанну было определено выразить последнее слово Божественного Откровения, вводящего в сокровеннейшие тайны внутренней Божественной жизни, ведомые только вечному Слову Божию, Единородному Сыну.

Когда настало время отшествия апостола Иоанна в загробный мир, он удалился за пределы Ефеса с 7-ю своими учениками и повелел ископать для себя в земле крестообразный гроб, в который лег, сказав ученикам, чтобы они засыпали его землей. Ученики с плачем целовали своего любимого апостола, но, не решаясь ослушаться, исполнили то, что он сказал. Они закрыли лицо его платом и закопали могилу. Узнав об этом, остальные ученики апостола пришли к месту его погребения и раскопали могилу, но не нашли в ней тела апостола, по особенному смотрению Божию переселенного в загробный мир.
Кроме великих трудов по распространению христианской веры среди язычников и сотворения неисчислимых чудес, апостол написал св. Евангелие, три послания и Апокалипсис, или книгу Откровений. «Детки, любите друг друга», повторял Иоанн до последних дней своей жизни, полагая главной заповедью Господней заповедь любви.

Православный календарь

СОБОР БРЯНСКИХ СВЯТЫХ

В 1995 году бывшая староста Введенского храма Брянского мужского монастыря во имя святых апостолов Петра и Павла Мария Александровна Белова, поведала о том, что в начале 30-х годов присутствовала при тайном перезахоронении (во избежание поругания) мощей святого благоверного князя Олега Брянского. Указала место их упокоения - под алтарем Введенского храма. 10 августа 1995 года честные останки святого были вновь обретены и с тех пор открыто почивают во Введенском храме Петро-Павловской обители. Каждое воскресенье во время вечернего богослужения пред ними совершается чтение Акафиста благоверному князю Олегу. 5 декабря 2003 года, по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия, было установлено празднование Собора Брянских святых в день памяти благоверного князя Олега Брянского - 3 октября.
Мы расскажем вам о человеке, благодаря трудам которого мощи святого были перезахоронены, благодаря чему - спасены от поругания или даже уничтожения. Это – Брянский архиепископ Даниил (Троицкий), брат Верейского архиепископа священномученика Илариона (Троицкого).

Дмитрий Алексеевич Троицкий родился в 1887 году в семье священника села Липицы Тульской губернии. Окончил тульскую Духовную Семинарию, Санкт-Петербургскую Духовную Академию. Был кандидатом богословия. Преподавал в Холмской Духовной Семинарии. В 1913 году принял монашеский чин с именем Даниил. 25 апреля 1918 года возведен в чин архимандрита Болховского монастыря Орловской епархии. 30 апреля 1921года Патриарх Московский и всея Руси возглавил хиротонию архимандрита Даниила во епископа Елецкого. Он стал викарием Орловской епархии. Одаренный, неутомимый проповедник, в своих проповедях архиерей стремился поддержать христианский дух верующих в трудных условиях разрухи, голода, братоубийственной гражданской войны. 3 ноября его арестовали. Он находился в заключении до 8 апреля 1922 года, когда был выпущен под подписку о невыезде после многочисленных обращений к властям любящих его верующих. Четыре месяца из пяти епископ провел в одиночной камере. Несмотря на перенесенные страдания, он был непримиримым борцом с обновленцами, обличал их в нечестии, в нарушении канонов православной Церкви, в обмане народа. 28 октября 1922 года его снова арестовали, обвинили на сей раз «в контрреволюционной агитации и сокрытии от государства церковных ценностей». Виновным себя владыка не признал, что не помешало властям приговорить его к двухгодичной ссылке в Хиву. Здесь 31 марта 1923 года, вместе с Суздальским епископом Василием (Зуммером), они тайно совершил хиротонию исповедника Луки (Войно-Ясенецкого) во епископа Ташкентского и Туркестанского.

После освобождения владыка недолго жил в Москве, публично выступал против григорианского раскола (перевода на новый календарный стиль годичного круга богослужений). Вскоре снова был арестован и помещен в Бутырскую тюрьму. В сентябре 1926 года его выслали в Кинешму. Трудно представить на какие средства он жил около полутора лет – но в 1928 году его освободили. Епископ Даниил стал епископом Рославльским, викарием Смоленской епархии, но вскоре был арестован по обвинению в «агитации против колхозов» и выслан в Северный край. В агусте1931 года – возвращен из ссылки и поставлен епископом Брянским. Владыка запомнился жителям Брянска как пламенный проповедник и архипастырь, стараниями которого были спасены – перезахоронены во избежание поругания под алтарем Введенского храма – мощи святого благоверного князя Олега Брянского. Немногочисленные прихожане, принимавшие участие в перезахоронении мощей, дали обещание не рассказывать никому о происшедшем.

7 января 1934 года Даниил Троицкий был возведен в сан архиепископа, но вскоре его снова арестовали. Брянский архиепископ Даниил Троицкий скончался в тюрьме.

По материалам Православной энциклопедии

Преподобный

В тихий и ясный день серединной осени, — почему-то мне кажется, что это и в самом деле был тихий и ясный, даже теплый день, среди пышного увяданья природы, в последних лучах печального осеннего солнца преставился к Богу светлый старец, великий своим смирением, преподобный и богоносный отец наш Сергий, Радонежский чудотворец.

Вот уже 600 лет прошло с того осеннего дня, а народ наш, Церковь наша помнят и день этот, и того, кого она называет земным ангелом и небесным человеком. Отчего же эта память не пресекается, отчего изо дня в день тысячи людей приходят теперь уже к нему, лежащему во гробе, с надеждой и верой в его заступничество перед Богом, в его предстательство за нас, грешных? Неужто оттого, что когда-то, сотни лет назад его молитвой, его благословением войско русское победило доселе казавшихся непобедимыми ордынцев? И от Золотой Орды давно уже камня на камне не осталось, да и в той стране, которую преподобный всю свою жизнь созидал молитвами и трудами, тоже видны только следы былого величия... Неужели только историческим воспоминанием, поводом для беззаконной гордости за достояние предков остался для нас преподобный Троицкий игумен? Беззаконной, потому что достояние, собираемое ими, предками нашими по крохам, расточено и разбазарено и «слава, купленная кровью», как кровь, ушла в землю.

Что же осталось нетленным, вечным, что же осталось всегда новым и никогда не стареющим, что заставляет нас каждый год вновь и вновь обращаться с искренней молитвой к тихому седовласому старцу, который воистину «трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит...» (Ис. 42,3), — так тиха, так смиренна его душа?

За долгие века, пролетевшие над бескрайними просторами Русской земли многими доблестными мужами славна наша история, есть среди них люди безмерной отваги и мужества, есть воины и умудренные государственные мужи, есть, наконец, бесконечно талантливые люди, которые нашли слова, чтобы выразить ими вещи трудновыразимые и труднопостигаемые, но он, преподобный Сергий, памятен и любим нами не за то.

Поразительно, но у нас, у русских, национальный герой — не сверхчеловек, не грозный воитель, не блистательный и остроумный мыслитель, а смиренный монах, в уединенной тишине своей кельи только и занимавшийся тем, чтобы все «свое», все «личное» отвергнуть и забыть, чтобы стать прозрачным и чистым, как промытое стекло, и чтобы через эту прозрачность, через эту хрустальную чистоту излился в мир, в жестокий и грешный мир его современников и потомков, сияющий свет Христов. Чтобы, взирая на старого и немощного человека в дряхлом потрепанном подряснике, люди увидели бы вдруг лик Божий. Увидели бы и поняли без всяких иных доказательств, что Бог — есть! Потому что раз уж может реально, на глазах у всех, совершиться преображение самого обычного, из плоти и костей, человека в ангела, значит, Бог не забыл о людях Своих, значит, смерти нет! Значит, загробная жизнь — не миф, не выдумка, а самая настоящая реальность! Потому что только святость, личная святость обычного человека есть самодовлеющее доказательство моего, твоего, нашего личного бессмертия.

Полководцев у нас в достатке, поэтов и философов тоже хватает. Не обижены мы в своей истории и теми, кто хитростью и коварством, железом и кровью (и всегда чужой кровью) созидал могущество нашей державы. Не скажу, что их могилы забыты. Но не к их гробам мы идем плакать, не у их склепов мы просим о милосердии Божьем, не над их прахом звучат самые затаенные, самые личные тихие просьбы. Заступником и молитвенником России остается он, светлый старец в заштопанном подряснике, он, которого народ наш называет просто Преподобным. Поедем к Преподобному, — скажет тебе друг, и ты знаешь, к кому. Не нужно и имени называть. Аминь.

Протоиерей Сергий Ганьковский

Литературная страница. Букет с ромашками

Артем Красовский любил помечтать о будущем... Он учился в художественном училище, подавал надежды, слышал в свой адрес лестные слова, но был воспитан родителями в скромности и такте, старался не придавать особого значения похвалам. Особенно ему удавались букеты. Один из них привлек мой взор в художественном салоне в Петербурге. Я была в командировке, оставалось время до поезда, вот и пошла бродить по Невскому, вот и заглянула в салон праздности ради. А там — в глиняном крутобоком кувшине ромашки! Они прямо-таки выпадали со стены в мои руки, наивно глазели своими солнечными зрачками в прохладу салона, согревали, радовали и — просились с собой.

Купила "букет". И уже расплачиваясь, была вознаграждена неожиданным знакомством. Автор "букета" Артемий Красовский забежал случайно, на минутку, в салон и просто заговорил:

— Шел мимо, дай, думаю, зайду. Я очень люблю этот букет. Гадал, куда-то он отправится, вот бы узнать...
Артем вызвался проводить меня до поезда. Картину нес сам. Рассказывал про себя охотно:
— У нас семья просто замечательная. Папа военный врач, мама всю жизнь в Русском музее проработала, в запасниках. Она меня с детства к живописи приучала. Сейчас дома. Сердце у нее слабое, мы с отцом настояли, чтобы она работу оставила. Я единственный сын. Вот, по милости Божьей, зарабатываю немножко, пишу натюрморты, букеты.
— В этом букете такая радость! Наверное, только влюбленный человек может написать такую красоту...
Артем остановился смущенный и удивленный:
— Откуда вы знаете? Да, вот ведь дела... я вообще-то домосед! Мне за мольбертом спокойнее. До всяких дискотек не охоч, я там себя чужим чувствую, не знаю, как себя вести, о чем говорить с девушками. Думал, как мне найти свою половину? А она в дом к нам пришла, представляете? Мамина знакомая с Западной Украины приехала, а с ней соседская дочка Катюша. Она иконы пишет! Приехала по музеям нашим походить. Я, конечно, Эрмитаж ей показал, Русский музей. Ну и...
— Ну и засветились счастьем ромашки на холсте влюбленного художника!
— Она и сейчас в Петербурге. Я ее в общежитие к девочкам устроил, при нашем училище. Через неделю уезжает.
— Знаешь, Артем, раз твоя картина попала в мой дом, значит мы уже не чужие. Напиши, как у вас все с Катей сложится, я на свадьбу вам телеграмму пришлю, бланк выберу с ромашками, как пароль....
— Ой, спасибо! Маме Катя очень понравилась, отцу тоже. А мне лучшей жены и не надо. Она скромная, из православной семьи, мы тоже люди православные.

И уехала я с ромашками в свою Москву. И повесила я ромашки над обеденным столом и любовалась ими, и ждала из Петербурга счастливой весточки.

И дождалась весточки. Только совсем, совсем другой: " Я обещал вам написать, да вот долго не писалось, простите. Человек предполагает, а Бог располагает. Вот и у меня так получилось. Ничего у нас с Катей не вышло. В общежитии она познакомилась с парнем с нашего курса, и они полюбили друг друга. Даже помолвка уже была. Ездили к старцу одному, очень почитаемому, он благословил их на брак, но не сейчас, осенью. Конечно, я должен был сразу порадоваться за Катю и Андрея, но честно вам скажу, сразу не получилось. Очень я переживал. Даже первое время считал, что я лучше Андрея. Ходил на исповедь. Потом заставил себя подойти к Андрею и Кате и поздравить их с помолвкой. Они такие счастливые, и я за них рад".

Это письмо, конечно же, меня огорчило. Но горечь та была неглубока, так, легкое облачко на синем небе. У Артема впереди целая жизнь, еще встретится ему хорошая, по душе девушка, какие его годы... Больше того, то грустное письмо меня одновременно и порадовало. Писал его зрелый человек, мудро распорядившийся своими чувствами. Не позволил прорасти в сердце зависти, наполнить сердце страстями, испепеляющими все живое, устоял, а значит — победил.

Бывают победы с привкусом поражения. Мы знаем о них из собственного опыта, как там в песне: "Хоть похоже на веселье, только все же не веселье". Это когда да мы идем напролом к намеченной цели, круша на своем пути все и вся, не замечая грустных глаз, а иногда и горьких слез близких. Нет, нет, только вперед, к победе! И вот она, вожделенная, вроде, победа, но сердце что-то ликовать отказывается, и чего-то ему не хватает, и что-то оно замыслило... Но случаются, правда гораздо реже, поражения с привкусом победы. Вроде и не сложилось по-твоему, вроде и разочарован ты жизненными коллизиями, а на сердце покой, уверенность и мир. Нет в нем надрыва страстей, а есть ощущение особого смысла, пока неуловимого, пока не сформулированного в словах. В письме Артема я почувствовала такой смысл и поняла, что зрелость — понятие вовсе не метрическое.

Полгода жила без вестей из Петербурга. А потом получила письмо, да и ахнула: «Все произошло так неожиданно. Приехала Катя; я увидел ее в нашем училище, худенькую, с мешками под глазами, зареванную. Оказывается, когда она уже после помолвки уехала к себе на Украину, Андрей загулял, стал выпивать. А она вышивала ему все это время свадебную сорочку, так у них на Украине принято. Он же написал, что передумал жениться, что поспешил, что в ближайшее время семьей обзаводиться не собирается. Катя очень несчастна. Представляете, я заехал на секунду в училище за зачеткой, а она на секунду(!) зашла на кафедру иконописи, и мы встретились на лестнице! Она спускалась, я поднимался. Потом мы долго сидели в сквере, и я признался ей, что был очень огорчен ее помолвкой с Андреем, но в то же время порадовался их будущему счастью. А она призналась мне, что когда впервые попала в наш дом, ей было так хорошо и спокойно, что она подумала: вот такой дом я хотела бы иметь для своей семьи! У нас действительно удивительный дом. Отец с мамой за тридцать лег жизни не повысили друг на друга голос. Их брак венчан, мы ходим в храм и без этого не представляем себе нашей жизни. А еще она призналась мне, что, когда увидела меня первый раз, сердце ее дрогнуло. Она почувствовала во мне близкого человека, но встреча с Андреем все изменила. Я впервые пришел домой за полночь, мы не могли наговориться. Катя плакала', я успокаивал ее как мог. До утра я рассказывал родителям про Катю. Мама сказала: "Артем, ты должен ее спасти Ей сейчас очень плохо, может быть это и есть твоя судьба!" Папа пока молчит. Послезавтра Kaтя с Андреем вновь едут к старцу. Андрей будет просить его освободить от обещания жениться на Кате. На этом настояла сама Катя. Она сказала, что благословение старца нарушать нельзя, надо обязательно поехать и все рассказать. А вот уж когда они возвратятся, мы сможем с Катей обвенчаться. Это такая радость для меня и для Кати тоже...» Вот уж действительно чудеса. Пути Господни... Как постичь нам их смысл, как научиться не удивляться немыслимым тропам мудрого Поводыря. Я много думала об Артеме. А еще он просил молитв, и я добросовестно вставала перед образами, прося о двух чистых сердцах, которым так нелегко постичь тяготы мира, но которые даже в этих тяготах стараются оставаться достойными людьми, православными христианами. Артем прислал мне Катину фотокарточку; и глянули на меня с фото широко распахнутые в жизнь серые глаза строгой девочки в темном платье с кружевным воротничком. Я полюбила ее сразу же. И, поставив мысленно рядом с Артемом, поняла, что эти два молодых и зрелых человечка все-таки отыскали друг друга в житейском, бурлящем страстями море и что у них впереди счастливый брак, совет да любовь.

И — ошиблась. Старец не благословил брак Артема и Кати, а оставил в силе свое прежнее благословение. Мой полет мысли, моя логика, мои аргументы в: пользу увиденного мною Божьего Промысла потерпели полное фиаско. Скорое сердце мгновенно возроптало и на этот раз. Почему? Почему не угодно Господу соединение двух любящих сердец. Какие аргументы в пользу старческого благословения отыскать в себе? Я читала письмо от Артема, было оно длинным и обстоятельным, видимо, потребность проговорить все еще разобраться. «Старец оставил в силе свое благословение на брак Андрея и Кати. И для меня, и для Кати, и для Андрея это было полной неожиданностью, — писал Артем. — Ведь мы все так хорошо рассчитали, никто из нас не сомневался, что все и произойдет по расчетам, и вдруг... Катя позвонила, и мы опять встретились с ней в том же сквере. Но она пришла с Андреем, не хотела встречаться со мной в тайне от будущего мужа. Она объявила, что не может нарушить старческого благословения и будет женой Андрея. Андрей очень нервничал, больше молчал, но потом сказал мне, что очень виноват перед Катей и что сделает все возможное, дабы ей с ним счастливо жилось. Он сказал, что повторное благословение старца на брак с Катей было для него громом среди ясного неба, но в то же время он уже сто раз пожалел о наломанных им дровах, и что эта история лишний раз показала ему, какое же это сокровище, помолвленная с ним Катя. А я, я сдерживал слезы и сжимал незаметно кулаки, чтобы не расплакаться навзрыд в их присутствии. Но я мужчина. А слезы мужчины его глубокая тайна. Так говорит мне всегда отец. А еще отец сказал, что старец ошибаться не может. К нему едут со всей России не просто так, а уповая на его жизненный и духовный опыт, его молитвенную поддержку и мудрость. И что обсуждать благословение старца грешно, недопустимо. А мама, моя замечательная мама, сказала: «Артем, порадуйся за Андрея, ведь только такая жена как Катя поможет ему избавиться от накопленных им грехов, Этот крест, видимо, ей по силам. А за крест, принимаемый без ропота, Господь вознаграждает очень щедро. Японял маму, она говорила и обо мне, о том, чтобы я не роптал. Стараюсь. Ни разу не было у меня недоверия к старцу. Я много слышал о нем, у меня есть его книги, проповеди. Его сердце очень зорко, молитва сильна, сосредоточен. Значит, так надо. Ему виднее. Только не думайте, что мне легко. Я не смогу пойти на их венчание с подарком и цветами это выше моих сил. Пока».

Вот уже четыре месяца нет мне никаких вестей из Петербурга. Думаю, все сложилось так, как благословил старец. Катя и Андрей обвенчались, а Артем потихонечку приходит в себя после перенесенных им испытаний. Но никогда не повернется у меня язык назвать эту коллизию любовным треугольником. Мелкочувствием веет от этой фразы, она неуместна здесь. Но я услышала:

— Чушь, Наталья, глупая история. Взяли и своими руками спугнули от себя птицу счастья. За счастье бороться надо, разве ты этого не знаешь?

Знаю. Но если вспомним мы каждый свою жизнь, то самое трудное в ней было не трясти кулаками в поисках справедливости, смириться, не обозлиться, простить. А поражение с привкусом победы — это тоже победа. Побед этих у нас не так много. Но душа-христианка жаждет их, и Господь посылает их только достойным. Мы ругаем молодежь не от того, что она так плоха, а потому, что в ругани этой тщеславимся собственными достоинствами, подчас дутыми, подчас изобретенными лукавым сердцем. Молодые люди в этой непридуманной истории устыдили нас. Они оказались мудрее и сильнее. И — жертвеннее. Каждый из трех принес свою жертву на алтарь вечной жизни во имя Христа. Артем не позволил душе обозлиться. Его победа — мир в душе, бесценное сокровище редчайшей пробы. Катя не позволила себе пойти на поводу нарисованных миражей, а вернулась туда, куда поставлена была Господом по благословению старца жизни святой и мудрой. Андрей обрел покаянное сердце, готовое трудиться и плакать...

Детская страница. Чудо Влахернского храма

Давным-давно православные греки вели трудную войну с сарацинами-язычниками. Случилось так, что завоеватели сарацины подошли к самым стенам города Константинополя. Силы были слишком неравными, защитить город греки сами не могли. Во что могут превратить город жестокие сарацины, - и подумать было страшно. Оставалась одна надежда на помощь Божию.

В один из воскресных дней, в храме, который называют Влахернским, совершалось ночное богослужение. Грустно и торжественно потрескивали горящие свечи. Все усердно молили Бога об избавлении от грозного врага.

Среди молившихся были святой Андрей и его ученик Епифаний. В четвертом часу ночи святой Андрей увидел идущую по воздуху Пресвятую Богородицу, озаренную небесным светом и окруженную ангелами и святыми. Затем Она сняла со Своей головы блистающее покрывало и распростерла его над молившимися в храме людьми, защищая их от врагов видимых и невидимых. Пресвятая Богородица сияла небесной славой, а покров в руках Ее блистал «ярче лучей солнечных». Святой Андрей с трепетом смотрел на дивное видение и спросил стоявшего рядом с ним ученика, блаженного Епифания: «Видишь ли, брат, Царицу и Госпожу, молящуюся о всем мире?» Епифаний ответил: «Вижу, святый отче, и ужасаюсь».

Богородица просила Своего Сына Иисуса Христа о том, чтобы Он принял каждого человека, молящегося Ему, помог каждому, кто просит Ее помощи.

Долгое время смотрели святые Андрей и Епифаний на Пресвятую Богородицу. По отшествии Девы Марии стал невидимым и Ее благодатный покров.

Это видение показало, что люди, искренне верующие и молящиеся Богу и Божией Матери, не останутся без благодатной помощи. И в этом случае жителям Константинополя была подана помощь — город был избавлен от нашествия неприятеля.
В честь этого события и был установлен праздник Покрова Божией Матери. Празднуется он 14 октября. Этот праздник очень полюбился русским людям, поскольку они крепко верят в то, что и по сей день покрывает Богородица русскую землю Своим благодатным покровом. Поэтому молятся Ей, просят, как любящую мать всех людей, помочь в различных житейских нуждах. Но особенно молятся в дни испытаний и опасностей.

Во Влахернском храме можно найти очень старую, плохо сохранившуюся икону Богородицы, писанную, по преданию, св. евангелистом Лукой.

Вернуться к началу

Главный редактор настоятель храма в честь
чуда Архистратига Михаила в Хонех
протоиерей Владимир ПОХОЖАЙ

зам. гл. редактора
Леонид ГОРБАЧЕВ
литературный редактор
Наталья АФОНИНА